Много шаблонов для WordPress на wordpreso.ru; полезные заметки о веб-разработке на Druweb. Читайте документацию на сайте, Русский Drupal.
Вы просматриваете: Главная > Композиторы > Александр Порфирьевич Бородин

Александр Порфирьевич Бородин

Александр Порфирьевич БородинВ славной плеяде «кучкистов» Александр Порфирьевич Бородин (1833-1887) выделяется своей уникальной одаренностью. Это был не только великий композитор, но и выдающийся исследователь в области органической химии. Раздвоение интересов между искусством и наукой было сутью композитора. Неповторимость его личности заставляет вспомнить титанов итальянского Возрождения и М.В. Ломоносова.

Бородин был незаконнорожденным сыном князя Л.С. Гедианова и простой дочери солдата (имя свое он получил от дворового человека Порфирия Бородина). С молодости будущий композитор тяготел и к музыке, которой занимался первоначально как любитель, и к химии. Еще будучи студентом Медико-хирургической академии в Петербурге, Бородин начал работать в лаборатории знаменитого ученого Н. Н. 3инина, но при этом не бросал композицию, сочиняя то фуги, то песни, то инструментальную музыку. Его жизнь кардинально переменилась в1861 г., после знакомства с Балакиревым, который принял Бородина в свой кружок и указал на самые важные, «выигрышные», стороны его музыкального дарования. По совету Балакирева Бородин начал писать первую симфонию, в которой состоялось почти что чудо: в своем первом крупном творении композитору удалось сразу сформировать основы собственного зрелого стиля. В чем они заключались?

Стиль Бородина можно определить понятием «музыкальный эпос». Подобно легендарному Баяну, он обладал поразительным умением неторопливо и подробно осветить в музыке «дела давно минувших дней», рассказать о событиях прошлого с объективностью ученого и вместе с тем художественно ярко и занимательно.

Первая симфония, премьера которой состоялась в1869 г., имела шумный успех, окрыливший Бородина. Он берется сочинять сразу два крупных произведения — Вторую («Богатырскую») симфонию и оперу «Князь Игорь», сюжет которой был подсказан В.В. Стасовым. Однако научные интересы постоянно отвлекали Бородина от этой работы. В 70-е гг. ему удалось достичь блестящих научных результатов, сотрудничая с Д.И. Менделеевым и А.М. Бутлеровым. Бородин заведовал кафедрой в Медико-хирургической академии, организовал первые в России Женские врачебные курсы, занимался публицистикой. Повседневная общественная и педагогическая деятельность не позволяли месяцами прикасаться к нотной бумаге. Вторая симфония была написана композитором лишь в1876 г., опера же так и осталась незаконченной (была завершена его друзьями — Н.А. Римским-Корсаковым и А.К. Глазуновым).

В основу оперы «Князь Игорь» положен памятник древнерусской литературы «Слово о полку Игореве». Приступая к работе, композитор отнесся к теме с основательностью ученого. Он изучал старинные летописи и даже посетил окрестности Путивля, где разворачивались описываемые в «Слове…» события.

Персонажи древнерусского мира словно оживают в опере. Правда, главного героя композитор представил иначе, нежели в литературном первоисточнике или других летописях, где князь Игорь показан честолюбивым и не слишком умным человеком. В опере Игорь — благородный герой, действующий не из корыстных побуждений, а во славу русской земли (достаточно вспомнить его знаменитую арию с повторяющейся темой «О дайте, дайте мне свободу.»). Дополняет и оттеняет образ Игоря нежная, верная, мужественная Ярославна. В ее «Плаче», целиком основанном на тексте из «Слова…», композитор использовал интонации старинных причетов и народных протяжных песен.

Восток и Русь в «Князе Игоре» — два мира, извечно противостоящие, но непрерывно взаимодействующие. Пожалуй, самая популярная музыка оперы сосредоточена во втором, «половецком» акте, где умный и хитрый восточный деспот хан Кончак предлагает Игорю «вечную дружбу» и завлекает его половецкими плясками. Половецкие пляски — большой хореографический номер, обрамленный хором « Улетай на крыльях ветра», всегда вызывает смешанное чувство. Возникает недоумение: почему музыка непревзойденной красоты и силы, составляющая, по сути, кульминацию оперы, отдана половцам? Думается, на этот вопрос мы вряд ли найдем ответ, ведь композитор не успел завершить свое творение. Ясно одно: сцена, где Кончак и Игорь вместе наблюдают за буйным всплеском сладострастной энергии, является гораздо большим, нежели иллюстрацией роскошного ханского быта. Скорее всего, композитор показал здесь ту «губительную прелесть» Востока, что не только волнует, но и губит христианскую душу. Впрочем, если верить тем же преданиям и сказкам, восточное чародейство никогда не могло победить русских богатырей. Финал оперы, где Игорь возвращается в родной Путивль, подтверждает сказанное.

© 2012, Мировая культура.